Загрузить еще

Военные о трагедии в Константиновке: "Перечеркнуто все… Люди зверем смотрят"

Военные о трагедии в Константиновке:

Константиновка находится к зоне боевых действий ближе других городов. Но здесь никогда не рвались снаряды и сейчас тихо. По крайней мере так было до трагедии, когда под колесами военной машины погибла девочка.

Смерть 6-летней Полины Вороновой перечеркнула выстраданное взаимопонимание между жителями Константиновки и военными. Это понимают и те, и другие. Пока тихо, но это больше не мирный город, взаимная вражда явно есть и в любой момент может выйти из-под контроля. Одна надежда, что пройдет время и люди простят.

Без дела плохо

Но пока не простили. Протестовать вслух опасаются, но по ночам выходят на улицы и перечеркивают нарисованные на стенах сине-желтые флаги. На то, чтобы зарисовать обидные надписи, у коммунальщиков то ли времени, то ли желания нет.

Власти ведут воспитательную работу. Со многими руководителями городских учреждений побеседовали и попросили понимания - не все в армии такие, как солдаты в той машине. Обещали не спускать дело на тормозах и не покрывать своих.

Фото
Фото
18 Марта 201516:00

Об этом же говорят и военные на улицах. Их, кстати, сейчас почти не видно. Патрули только на вокзале и возле общежитий.

- Мы к этому случаю, понятное дело, негативно относимся. У самих дети, - рассказывали патрульные и надолго замолкали.

Официальных заключений экспертизы еще нет, но тут ни для кого не секрет, что люди в бронемашине были пьяны. Алкоголь - это вообще ключевой вопрос и главная проблема. Завозят фургонами, и все разметается.

- Не продавать - и все тут! - рубят ладонями парни с автоматами наперевес.

- Да вы посмотрите на себя! Как вам не продашь? - возражаю.

Смотрят с искренним недоумением. А как их не бояться, когда они в полной боевой выкладке, что твои коммандос, да еще и ходят группами. Таким в магазине не отказывают.

- Подурели вы, что ли? Кому я не продам? Солдатам? Да я им продам и только спасибо скажу, если они хоть цену заплатят, - так реагируют на расспросы продавцы местных магазинов.

Да что греха таить, иногда люди и сами предлагают. Настроения в городе разные, не все еще прониклись проукраинским духом, и поэтому предлагают спиртное военным с тайным умыслом - сейчас выпьет, а потом начнет буянить и опорочит доброе солдатское имя. Некоторые берут без вопросов. Если он привык до армии пить, то и сейчас не откажется.

- Значит, надо развесить телефоны комендатур по всему городу. Увидел пьяного в камуфляже или форме - звони, - дельной мыслью развивает предложение мой собеседник. - Но, конечно, сейчас уже ничего не поправишь. Это ж не то, что по пьянке друг друга перестреляли. Когда БТРы начинают давить детей… 

Солдаты опять надолго замолкают.

- Перечеркнуто все… Люди зверем смотрят. А сейчас новые к нам приедут, желторотики. Они и на войне, считай, не были. Будут в окопах сидеть, от безделья маяться. Без дела плохо.

- А пусть учат личный состав матчасти, - перебивает второй боец. - Полигоны есть, боеприпасы тоже. Стрельбы надо проводить, работать, чтобы вся дурь из башки повылетала.

Кликните для увеличения. Графика Элеонора Мильченко. 

Мама девочки все время плачет

Девочка погибла на центральной улице, на перекрестке, ближайшем к больнице №5. Днем и ночью там горят лампады, лежат цветы. Прежде чем наехать на семью, покалечить маму и убить ребенка, машина снесла столб и светофор. Теперь там стоит регулировщик и останавливает поток машин, когда идут дети - рядом две школы и малышни много.

Отсюда рукой подать до больницы, где лечат маму Полины - Викторию Ставцову. Ее дочь погибла на месте, а у внучатого племянника, двухмесячного младенца, травм не было. Он выпал из коляски вместе с сумкой, по счастливой случайности приземлился на нее, поэтому и не пострадал.

Викторию в больницу на каталке перевезли врачи. У нее травмированы бедро и тазобедренный сустав.

- Мы вывели ее из шокового состояния, насколько это возможно, - рассказала нам главврач больницы Елена Руденко. - Нужно восстановиться, чтобы провести операцию. Но была большая кровопотеря, и это осложняет дело.

Планируется, что оперировать ее будут в Харькове - там больше возможностей, но это пока не обсуждали. Виктория только плачет и почти не говорит ни с врачами, ни с родными. Мужа у нее нет, в разводе. До трагедии она работала в конфетном цехе. Вернется ли туда, неизвестно.

Видео Анастасии Рябоконь.